Ну, вот! Я снова с вами!
«— Жмите НА попугаев, и окажитесь НАВЕРХУ —»
Skype: mordaty68
  • «ЗДОРОВЬЕ»
  • «МОЯ РЫБАЦКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ»
  • «МЫШОНОК ПИК»
  • «На острие луча»
  • Бежал ёжик по дорожке
  • БЕЛЫЙ КОТИК
  • БЕСЕДЫ О ЛЮБВИ
  • Бисер
  • В ТРИДЕВЯТОМ ЦАРСТВЕ, В ТРИДЕСЯТОМ ГОСУДАРСТВЕ
  • Винни-Пух
  • Волшебник Изумрудного города
  • BICYCLES
  • ГРИБНОЙ ДОЖДЬ
  • Дикое наследство природы
  • ЗАЯЦ-ЛЕСНИК ЗАГАДКА ПОЛЯРНОГО РУЧЬЯ
  • За все Тебя, Господь, благодарю! ...
  • Иван Иваныч САМОВАР
  • ИЗДАТЕЛЬСТВО «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА»
  • ИЗ РЫБОЛОВНОЙ ПРАКТИКИ
  • Как старик корову продавал
  • Кактусы
  • Книга о вкусной и здоровой пище
  • Легенда: Наследие Драконов
  • Лобзик
  • МУРЗИЛКА
  • Не от скуки - на все руки!
  • НЕОБЫКНОВЕННЫЕ ЧЕРЕПАШКИ
  • МАКРАМЕ
  • Основы рукоделия
  • ОПЫТЫ БЕЗ ВЗРЫВОВ
  • ПЕРВАЯ ИСПОВЕДЬ (Повесть об Алёше)
  • ПЕСЕНКА В ЛЕСУ
  • Пётр I
  • ПОДАРОК
  • Поздравляем!
  • ПОЛЁТ КОНДОРА
  • ПУТАНИЦА
  • РУЧНОЕ ИЗГОТОВЛЕНИЕ ЮВЕЛИРНЫХ УКРАШЕНИЙ
  • СЕМЕЙНЫЙ КОРЕНЬ ...
  • СЛОНЫ
  • СТИХИ * SHUM
  • СУ ДЖОК СЕМЯНОТЕРАПИЯ
  • СЮРПРИЗ КО ДНЮ РОЖДЕНИЯ БРОДЯГИ
  • ФЛОРА И ФАУНА
  • ФОНАРЬ МАЛЕНЬКОГО ЮНГИ
  • ХОББИ
  • Юный техник
  • Каталог файлов
  • Каталог статей
  •  
    Skype: mordaty68
     
    Skype: mordaty68
    Рыболов
     
    Главная » Файлы » НАВРАТИЛ Ян

    ФОНАРЬ МАЛЕНЬКОГО ЮНГИ (НАВРАТИЛ Ян)
    17.09.2018, 20:45

    «ФОНАРЬ МАЛЕНЬКОГО ЮНГИ»

    (НАВРАТИЛ Ян)

    Часть IV. БЕРЕГА
    4

    Когда проплывали пороги, караван разделили на три части. Три баржи тянул «Сватоплук», две — немцы, а одну взяла себе «Дые», но и с одной баржей она никак не поспевала за другими. Когда в Молдаве караван снова перестраивался, «Дые» с последней баржей туда еще не пришла.

    Отец помогал немецкому рулевому укладывать на корме канат. Потом он скрутил трос, подал ему и, подыскивая немецкие слова, сказал, что дальше они пойдут рядом.

    — Да, да... — закивал головой немец.

    Потом он стал объяснять отцу, что кто-то из лоцманов забыл перчатки в рубке. Отец сначала не понял его, поэтому немец жестами показал, как натягивают перчатки. Мать смотрела на них из кавдты и думала, что они разговаривают о капитане, который взорвал мост.

    — Что он тебе говорил? — спросила она отца, когда тот вошел в каюту.

    — Ничего, — сказал отец. — Кто-то забыл у него перчатки, а он не знает, куда их деть. Я сказал, чтобы взял себе, на свадьбу пригодятся.

    — Он ведь женатый, — сказала мать. — Он говорил, что у него ребенок есть.

    — Ну и что? Он и так ничего не понял. У него такое чудное наречие, что не всякий немец его поймет.

    — Я думала, он говорил про того капитана, которому руки отрубили.

    — Зачем? — нервно спросил отец. — Ты только об этом и думаешь.

    — Да, — призналась мать. — Он так и стоит у меня перед глазами. И когда ты был за рулем, и когда канат укладывал, я все думала об этом и думала. Не могу понять, как можно кому-нибудь отрубить руки. Что делать человеку без рук? Лучше бы совсем убили. А он стоял, как будто ему все нипочем. Спокойный, словно все сделал в жизни, что мог...

    — Знал, на что идет, когда взрывал, — сказал отец. — Да мы видели вещи и пострашнее.

    — Но это было почти на наших глазах. Непросто такое забыть. Есть теперь о чем рассказать, Марек. Ты уж, верно, и пожалел, что с нами поехал. Сидел бы ты себе дома и ничего бы такого не знал. Это не для детей.

    — Ну хватит! — сказал отец. — Словами не поможешь. Укладывай лучше детей.

    — Рано еще, — возразил ему Марек.

    Они вышли с отцом на палубу: не идет ли «Дые» с последней баржей. Видно, где-нибудь застряла. Утро придется ждать ее, а может, их заберет другой пароход.

    Смеркалось, и берега незаметно чернели. На сербском берегу ничего нельзя было разглядеть. У румынского белел только пассажирский пароход «Святой Геллерт». Он был значительно выше других судов, а в темноте и подавно казался двухэтажным домом. Повсюду мерцали светлячки фонарей. На барже Краликов тоже зажгли фонарь. «Дые» уже не придет.

    Утром «Святой Геллерт» вывел на свободное место угольную баржу. Ну и смешно! Роскошный пароход и старая баржа, на которой высились горы угля. В мирное время невозможны были такие контрасты.

    К общему удивлению, «Святой Геллерт» не ушел от каравана. Он подал трос судну, которое стояло рядом с угольной баржей. Все знали, что это значит.

    — Мама, ты знаешь, кто нас поведет? — влетел Марек в каюту. — «Святой Геллерт»! Ты только посмотри, нас уже прицепляют.

    Он радовался, что их потянет прекрасный пароход, который только и делал раньше, что возил господ на прогулки. Теперь и они, речники, тоже господа! Марек быстро съел завтрак и побежал в рубку, чтобы полюбоваться на пароход с высоты.

    Пока отец и матрос возились с якорем, Марек держал в руках штурвал, и ему казалось, что он управляет баржей. Марек поворачивал штурвал вправо и влево, чтобы баржа не отклонилась от курса, и смотрел на командный мостик, чтобы не пропустить ни один сигнал. За этим занятием его и застал отец.

    — Я смогу удержать штурвал, — сказал маленький юнга. — Только позволь, увидишь, что удержу.

    — В другой раз, Марек. Сейчас ветер. Смотри, как дым относит от парохода.

    Марек смотрел, как ветер срывает дым и несет его к берегу.

    — Гроза будет? — спросил он отца.

    — Да нет! Туч не видно. Покачает только, как на качелях, зато бесплатно.

    Когда позади остались последние холмы на берегу и караван вышел на открытые просторы под Бизиашем, к качке прибавились удары боковых волн. Некоторые волны переваливались через палубу, а некоторые разбивались о борт судна, и тогда фонтаны воды взлетали вверх. На палубу вышел матрос. Он знал, что одному человеку в такую погоду трудно удержать штурвал, поэтому решил помочь отцу.

    — Черти женятся, — пошутил матрос и взялся за штурвал с другой стороны.

    — Тут всегда ветер. Только теперь у него есть во что дуть, — кивнул отец на пассажирский пароход перед караваном.— Этот святой при сильном ветре и один еле тащится, а тут еще баржи.

    — Вы видели флаг в Градиште? — спросил матрос. — Все еще сербский. И вниз плыли, тоже был сербский. Долго они держатся.

    — За это время его могли пару раз поменять, — сказал отец.

    — Чудной городок! С начала войны все время меняют флаги. И не надоело этим сербам воевать за один город?! Там уж, наверно, камня на камне не осталось. И немцы тоже... Зачем им развалины? Флаг поднять? Только и всего?

    Матрос был непривычно разговорчив. В иное время за неделю столько не наговорит, сколько теперь. При каждой новой волне замолкает, а потом вновь продолжает, из чего можно было понять, что он просто боится ветра и говорит, чтобы не думать об опасности.

    Бизиаш проходили почти в девять. Этот город лежит на границе между румынским и сербским берегом. Выше по течению оба берега были сербские. Правда, насколько это точно, никто не знает, потому что в географию часто вмешивается история. А что такое история? Войны, борьба, то есть постоянное изменение границ. В войне сербов с немцами история меняла географию, и речники, чтобы хоть немного разбираться в своих дорогах, попросту разделили все на два флага или — еще проще — плавали сообразно старой географии и истории, то есть между сербскими берегами. При хорошей погоде им было не до этих мыслей, но теперь дул сильный ветер, а кому грозит кораблекрушение, тому небезразличны берега и люди, с которыми, может быть, придется встретиться.

    Речники каравана, который шел за «Святым Геллертом», особенно забеспокоились, когда Дунай повернул на запад и судам пришлось идти прямо против ветра, сила которого все возрастала. В борьбе с двумя стихиями — течением и ветром — моторы парохода лишь удерживали караван на одном месте. До обеда суда совсем не продвинулись вперед, стояли так прочно, словно были на якоре.

    Навстречу каравану пароходы не шли, а летели, а те два, что обогнали караван, с ветром справлялись гораздо легче, чем «Святой Геллерт». Мимо прошла и маленькая «Дые», которая тянула четыре баржи. В то время, когда она метр за метром обгоняла баржу Краликов, мать вместе с Милко поднялась в рубку. Вместе с мужчинами она очень жалела, что их не оставили в Молдаве дожидаться, когда придет «Дые». Ветер не дул в нее с такой силой. Она была низенькая незаметная «работница». «Святой Геллерт» сделали для забавы, чтобы возить господ на прогулки, и, когда Дунай превратил его в «работника», великолепная высота парохода стала для него обременительна.

    Все, что раньше украшало пассажирский пароход, теперь таило в себе опасность. Караван стал игрушкой в руках стихии. Волны переваливались через палубу. Из глаз вдруг исчезала половина палубы, а когда она появлялась снова, на ней не было кладки дров, курятника вместе с курами или бревна, которое недавно вытащили из воды и сушили на дрова.

    С угольной баржи вдруг слизнуло спасательную шлюпку. И она теперь вертикально торчала из воды между судами во втором ряду.

    В передней каюте от удара волны раздался такой треск, что пани Елена выскочила на палубу. Она побежала к рубке, на что никогда не отваживалась даже при хорошей погоде. В это время навалилась волна, и пани Елена ухватилась за кронштейн, обняла его и не выпускала из рук даже тогда, когда волна уже умчалась прочь.

    — Держись, Елена! — испуганно закричал ее муж. — Удержите штурвал? — спросил он отца и, не ожидая ответа, побежал к жене.

    Из рубки было видно, что пани Елена никак не хочет оторвать руки от кронштейна. Пока матрос ее оттягивал, через них перевалилось несколько волн. В рубку они вбежали мокрые с головы до ног.

    — Я здесь последний день,— тряслась от страха пани Елена. — Если я это переживу, ухожу на берег и еду домой. Пешком пойду! Я здесь последний день и жалею, что попала сюда. Я уж думала, что пробило борт и мы тонем, такой был треск.

    — Да шлюпку сорвало и бросило между баржами, — успокаивал ее матрос, который был взволнован не меньше жены. — Шлюпку сорвало, и больше ничего. Вон там она, посмотри! Чего бояться? Как же может деревянная шлюпка пробить борт?

    — Ты же сказал, что сразу вернешься, когда уходил, — со слезами выговаривала Елена мужу. — Зачем ты оставил меня одну? Я чуть с ума не сошла. Да я уже сумасшедшая! Почему ты не вернулся?

    — Я думал, что ветер вот-вот перестанет. При таком ветре у штурвала должны стоять двое. Успокойся, Елена! Все хорошо! Если выдержит угольная баржа, все будет хорошо. Пожелай ей удачи! От нее зависит наша судьба.

    Ненароком он упомянул самую большую опасность для всего каравана — открытую угольную баржу. Отец хорошо знал об этом, он чаще поглядывал на угольную баржу, чем на «Святого Геллерта». Волны, которые скатывались с угольной баржи, были значительно меньше тех, которые на нее налетали, потому что вода затекала в трюм. Всякий раз, когда баржа выныривала из воды, у отца проносилась в голове мысль о «чуде». Чудо, что она удержалась на воде, что все живы. Угольная баржа была промежуточным звеном между остальными баржами и пароходом. Если она потонет, все баржи потянутся следом за ней или разобьются о берега. Отец хорошо это понимал, но вслух не говорил, чтобы не накликать зла. Угольной баржи боялись все, но вместе с тем и надеялись на нее: если выдержит она, значит, выдержат все.

    — А почему мы не возвращаемся, если не можем идти вперед? — спросила пани Елена, глядя на «Святого Геллерта». Она понемногу успокаивалась. — Отошли бы в тихое место, откуда вышли...

    — Тогда надо разворачиваться, — сказал матрос.

    — Ну и пусть развернется! Почему он не может? Пусть делает что хочет, только бы остаться живыми. Клянусь, я здесь в последний раз.

    — При такой погоде он не может развернуться, — объяснял муж. — Да и угольная баржа не даст. Он делает то, что нужно. Удерживает нас в середине течения, и все. Ветер утихнет, пойдем дальше. Должен же он утихнуть! Только бы угольная баржа выдержала! Уж кажется, и не всплывет, а всплывает, молодчина! Как ей удается, а?

    — Она же наполовину из дерева, — говорил отец. — Если бы она была как мы, давно бы утонула с таким грузом. Она из дерева, даже борта, видать, деревянные. Железом она только обита, потому и держится.

    — Я чуть с ума не сошла, когда в каюте все зашаталось, забегало, покатилось... Да я уже без ума! — причитала пани Елена. — Выскочила, неизвестно зачем, только бы убежать. Не помню даже, как за кронштейн уцепилась, совсем с ума сошла...

    Застрявшую шлюпку выбросило на палубу соседнего судна и понесло. Казалось, что она разнесет каюту рулевого, но вдруг шлюпка зацепилась за столбик, повернулась и свесилась через борт. Шлюпка качалась вместе с баржей, как детская качалка. Все смотрели на нее, хоть и безразлично было, унесет ее или она удержится. Одного борта у нее не было, и починить ее было невозможно. Вдруг волна швырнула шлюпку на баржу Краликов, а вместо нее унесла часть детского манежа и корыто. Этой же волной открыло дверь каюты.

    — Подержите-ка! — Отец оставил штурвал своему помощнику и пошел закрывать дверь.

    — Не ходи, — встала на его пути мать.

    — Нас затопит!

    — Ну и пусть! Вычерпаем воду. Не ходи!

    — Взгляни! — показал он на волну, которая заливала их каюту. — Надо!

    Он сбежал вниз, заглянул в дверь каюты и закрыл ее. Но в рубку вернулся не сразу. Отец хотел сделать то, о чем думал уже давно, только при матери не решался сказать. Он выждал удобный момент, подбежал к кронштейну, под которым была их шлюпка, подсунул под шлюпку трос и поднял ее на метр над палубой.

    — Ты тоже сходишь с ума? — ругалась мать, когда он вернулся. — Во мне ни кровинки не было, так я боялась!

    — Нашу шлюпку не отдадим, — защищался отец. — Еще пригодится.

    — Не сяду в нее, даже будь она золотая, — сказала мать. — И детей не дам, — прижала она к себе младшего сына, которого не спускала с рук. — Куда в такую погоду в шлюпке?

    — Вот тебе! — крикнул отец в сторону шлюпки. Под ней как раз переваливалась волна. — Достала?

    Казалось, он улыбается. Марек был в этом уверен. В душе он держал сторону отца.

    — Залило твою плиту, — вспомнил отец то, что увидел в каюте.

    — Там в духовке — пирог, — бессильно сказала мать. — Как раз сегодня я вздумала печь пирог. Теперь от него ничего не осталось. А я мак молола.

    Она увидела, что пани Елена молится. Мать тоже стала молиться, но постепенно сбилась на совсем другие слова.

    — Это наказание за руки того капитана, — обращалась она к Дунаю. — За отрубленные руки ты наказываешь нас, Дунай! Немец салютовал злодеям, а это нельзя простить. Из-за немца и мы терпим. — Она смотрела на руки отца, на руки матроса и мысленно видела руки всех речников на всех штурвалах, руки, которые были единственной надеждой в трудные времена. — Ты ветер наслал на нас, Дунай, чтобы знали мы, что значат руки для человека, чтобы знал об этом и тот, кто салютовал. Пусть откроются его глаза, пусть поймет он всю тяжесть своей вины и глубину чужого горя.


    Категория: НАВРАТИЛ Ян | Добавил: Неугомонный | Теги: НАВРАТИЛ Ян
    Просмотров: 50 | Загрузок: 0
    Всего комментариев: 0
    Поиск
     
    Skype: mordaty68
  • Blog
  • ВЕЛОСИПЕДИСТЫ
  • «ЗДОРОВЬЕ»
  • «ВЕСЁЛЫЕ КАРТИНКИ»
  • «МАСТЕРОК»
  • «МУРЗИЛКА»
  • НЕОБЫКНОВЕННЫЕ ЧЕРЕПАШКИ
  • «ЧЕРНАЯ курица»
  • ИНСУЛЬТ
  • ПЕТРОДВОРЕЦ
  • «МОЯ РЫБАЦКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ»
  • Научно-популярное издание
  • Роб Ван дер Плас
  • БРАТЬЯ САФРОНОВЫ
  • ФЛОРА И ФАУНА
  • ЮНЫЙ ТЕХНИК
  • КВВКУС
  • ШАХМАТЫ
  • ХОББИ
  • «ИСКУССТВО РЫБАЛКИ»
  • РЫБОЛОВ
  • РЫБОЛОВ-СПОРТСМЕН
  • Это станок?
  • ПРАВОСЛАВНАЯ КУХНЯ
  • ДУХОВНЫЕ РЕЦЕПТЫ
  • «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА»
  • * YOUTUBE *
  • Одноклассники
  • facebook
  • АКИМ Яков Лазаревич
  • БЕЛОЗЁРОВ Тимофей Максимович
  • БЕРЕСНЁВ Александр Михайлович
  • БЕХЛЕРОВА Елена
  • БИАНКИ Виталий Валентинович
  • БЛОК Александр Александрович
  • БОНЕЦКАЯ Наталья
  • ВОРОНЬКО Платон Никитович
  • ВАЖДАЕВ Виктор Моисеевич
  • ГЕРЦЕН Александр Иванович
  • ГРИММ, Вильгельм и Якоб
  • ГРИБАЧЁВ Николай Матвеевич
  • ДВОРКИН Илья Львович
  • ДОРОШИН Михаил Федорович
  • ЕРШОВ Пётр Павлович
  • ЕСЕНИН Сергей Александрович
  • ЖИТКОВ Борис Степанович
  • ЖУКОВСКИЙ Валерий Андреевич
  • ЗАЙКИН Михаил Иванович
  • ЗАХОДЕР Борис Владимирович
  • КАПНИНСКИЙ Владимир Васильевич
  • КВИТКО Лев Моисеевич
  • КИПЛИНГ Джозеф Редьярд
  • КОНОНОВ Александр Терентьевич
  • КОЗЛОВ Сергей Григорьевич
  • КОРИНЕЦ Юрий Иосифович
  • КРЫЛОВ Иван Андреевич
  • КЭРРИГЕР Салли
  • ЛЕСКОВ Николай Семёнович
  • МАКАРОВ Владимир
  • МАЛЯГИН Владимир Юрьевич
  • МАМИН-СИБИРЯК Дмитрий Наркисович
  • МАРШАК Самуил Яковлевич
  • МИЛН Ален Александр
  • МИХАЛКОВ Сергей Владимирович
  • МОРИС КАРЕМ
  • НАВРАТИЛ Ян
  • НЕКРАСОВ Андрей Сергеевич
  • НЕЗНАКОМОВ Петр
  • НОСОВ Николай Николаевич
  • ПЕРРО Шарль
  • ПЕТРИ Мерта
  • ПЛЯЦКОВСКИЙ Михаил Спартакович
  • ПУШКИН Александр Сергеевич
  • РОДАРИ Джанни
  • СЕВЕРЬЯНОВА Вера
  • СЛАДКОВ Николай Иванович
  • СУТЕЕВ Владимир Григорьевич
  • ТОКМАКОВА Ирина
  • ТОЛСТОЙ Алексей Николаевич
  • ТОЛСТОЙ Лев Николаевич
  • ТЫЛКИНА Софья Павловна
  • УСПЕНСКИЙ Эдуард Николаевич
  • ЦЫФЕРОВ Геннадий Михайлович
  • ЧУКОВСКИЙ Корней Иванович
  • ШЕПИЛОВСКИЙ Александр Ефимович
  • ШЕРГИН Борис Викторович
  • ШУЛЬЖИК Валерий Владимирович
  • ШУМОВ Иван Харитомович
  • ШУМОВ Олег Иванович
  • Эндрюс Майкл
  • ЮДИН Георгий
  • ЮВАЧЁВ Даниил Иванович(ХАРМС)
  • ЮСУПОВ Нуратдин Абакарович
  • ЯКОВЛЕВА Людмила Михайловна